Сегодня
25.5.2017
Четверг

ИСТОРИЯ

Юрий Алексеевич ГАГАРИН

... И если можешь быть в толпе собою,
При короле с народом связь хранить
И, уважая мнение любое,
Главы перед молвою не клонить,
И если будешь мерить расстоянье
Секундами, пускаясь в дальний бег, —
Земля — твое, мой мальчик, достояние,
И более того ты — человек!

12 апреля 1961 года вошел в историю как день, когда человек впервые полетел в космос. Имя первого космонавта хорошо известно во всем мире.

После окончания училища Юрию Гагарину предлагают остаться в Оренбурге, в качестве летчика — инструктора. Но молодой лейтенант Гагарин попросился на Север. Он хотел стать настоящим летчиком, пройти через трудности, научиться летать в сложных погодных условиях. Север был самым подходящим местом для этого.

По окончании Оренбургского летного училища Юрий Гагарин и его ближайший друг, и тезка Юрий Дергунов получили назначение на Север. «Летать любит, летает смело и уверенно» — с такой характеристикой лейтенант Гагарин отправился служить в ВВС Северного Флота. Небо над этой северной землей помнило Кузенкова, Хлобыстова, Сафонова — бесстрашных героев минувших битв. Друзья учились летать во тьме полярной ночи, в туманах занимающегося бледного полярного дня.

Служба на Севере — особая страница в биографии Ю. А. Гагарина.

из архива В.Ершова

из архива В.Ершова

Из архива Ольги ПАЛАТОВОЙ-КОЗИЙ:

фото из газеты

Статья "Дорогой гость"

Автограф Юрия Алексеевича

статья

"Сегодня день космонавтики"

Статья

"Гагаринский домик"

статья

"С именем Гагарина"

из архива В.Мокшанова

Из воспоминаний летчика Леонида Хоменко: «Гагарин легко и свободно вошел в авиационный коллектив части. Не выделяйся делами, не стремился казаться лучше, чем на самом деле. Он был свойским, общительным, с заражающей, неповторимой улыбкой. К нему шли, позволю себе сравнение, как на свет. Комната в общежитии, где Юрий жил вместе с однополчанам — Валентином Злобиным и Салигджаном Байбековым, зачастую вечерами была переполнена сослуживцами. Многие вечера коротали вместе, отмечали дни рождения, спарили, обсуждали итоги полетов... Мне хорошо запомнился апрельский день 1958 года — день первого самостоятельного полета Юрия на МИГе. Его полет, как отметили, командиры, был лучшим среди молодых летчиков.

На втором году службы в части, Юрий Гагарин стал отличным летчиком, уверенно летал в заполярном небе, в сложных метеоусловиях. Он быстро понимал и осваивал самые трудные элементы воздушного боя... Здесь на Севере он приобрел свою небесную «походку» и свой «почерк» в воздухе, постигал различные науки истребительной авиации».

В январе 1959 года, стартовала первая лунная ракета. Потом был второй полет к Луне, когда автоматическая станция сфотографировала Луну и передала ее изображение на Землю. Люди были потрясены... Значит и человек может полететь... После этого сообщения для Юрия Гагарина «зов Космоса» начинается в реальном времени, В октябре 1959 года Юрий Гагарин подал рапорт с просьбой зачислить его в группу подготовки кандидатов в космонавты. Полететь в Космос решился не один Юрий Гагарин. Заявлений было много. Отсюда с Севера его, молодого лейтенанта, летчика истребительной авиации СФ вызывали в Москву на специальные медицинские комиссии. Их тоже было много... Осталось только ждать„. Долгожданный вызов из Москвы был получен в канун его дня рождения, 8 марта 1960 года, а 11 марта старший лейтенант Юрий Гагарин отбыл из Заполярья в Москву.

Можно уверенностью сказать, что служба в авиации Северного Флота окончательно сформировала в нем человека, готового идти на самое трудное в жизни дело, лишь, бы оно пошло на пользу народу, Родине. Недаром в своей книге «Дорога в Космос» Юрий Гагарин писал: «Я служил в рядах летчиков Северного Флота». Североморцы гордятся тем, что окончив военное училище, молодой лейтенант Юрий Гагарин начал службу в авиации Северного Флота. В североморском небе крепли мастерство и талант молодого летчика. Три года службы на Северном Флоте стали для Гагарина ступенью на пути в Космос. Лишь спустя 4 года после своего полета в Космос (13 декабря 1965г), Гагарин вновь возвращается в военный гарнизон Корзуново, где начиналась его летная служба. Но это был только деловой визит.

В Твери живет человек, который два года служил с Юрием Гагариным в одном полку:

Иван Куприянович Чеботаев 33 года отдал авиации, летал на таких сверхзвуковых истребителях-перехватчиках, как МИГ-25.

- Я служил в морской авиации и в конце пятидесятых находился на Севере, - вспоминает Чеботаев. - Мы жили в поселке Луостари, недалеко от Печенги Мурманской области. Сейчас этот поселок называется Корзуново.

В 1957 году к нам в полк прибыли несколько молодых ребят (в то время Северному флоту недоставало летчиков, поэтому их перебросили к нам из сухопутной авиации). Среди них был и Юрий Гагарин. Вместе мы прослужили два года, а потом его забрали в отряд космонавтов. Но об этом мы узнали позже. Вместе с ним для отряда отобрали еще девять человек.

- А каким образом проходил отбор в отряд космонавтов?

- Приехали к нам три человека из отряда космонавтов (откуда они были, мы, естественно, не знали тогда) и сказали, что им нужны хорошие пилоты. Командир сказал: «Вот молодые летчики - берите, кого хотите!» Первым критерием было, конечно же, состояние здоровья. Посоветовавшись с врачами, они отобрали десять летчиков, которых через полгода вызвали в Москву. В течение месяца они проходили медицинскую комиссию. Из десяти прошли трое. Это были Гагарин, мой однокашник Вязовкин и Георгий Шонин, который потом тоже стал космонавтом. Когда они вернулись в полк, пришла бумага из Москвы с приказом дать им максимальный налет. Кстати, некоторые газеты уже после гибели Гагарина писали, что летал он слабо. Ничего подобного. Летал он очень много, довольно прилично и отличался особым упорством и трудолюбием. У нас в Заполярье были особые условия для полетов: полгода день, полгода ночь, поэтому летчики здесь проходили хорошую подготовку.

После этого они втроем еще раз ездили в Москву. Когда вернулись, Гагарин зашел попрощаться. Показывает нам ключи от квартиры, которую ему дали в Москве, и говорит: «Ребята, я уезжаю». Куда и почему - не сказал. Было нельзя, так как давал подписку о неразглашении. В Москву они вернулись вместе с Шониным. В 1961-м мы узнали, что наш Юрий Гагарин первым совершил полет вокруг Земли.

- Вы только на службе встречались с Юрием Алексеевичем?

- Нет. Мы жили напротив друг друга. Не скажу, что дружили семьями, но нередко проводили часы досуга вместе. Летом, когда все время светло, часто засиживались допоздна. Любили вместе рыбачить. В 100 метрах от нашего дома была река Печенга, мы ходили ловить туда семгу. Правда, нас гоняли за это дело.

Иногда играли в баскетбол. Юрий Гагарин имел второй разряд по баскетболу.

- Он же невысокий был...

- Но играл прекрасно. К тому же, тогда высоких в космонавты не брали.

- Почему?

- Первые корабли были маленькие, поэтому были и ограничения по росту - не выше метра семидесяти.

- После того как он стал знаменитым, вы встречались?

- Нет. Последний раз я видел Юрия Гагарина где-то в конце лета 59-го. Потом, в середине шестидесятых, когда учился в академии в Москве, пытался с ним связаться, но сделать это было крайне сложно. Гагарин был «засекречен», чтобы попасть в Звездный городок, необходимо было собрать кучу справок. Так нам и не удалось увидеться. В академии я узнал и о его гибели.

К сожалению, сегодня у меня не осталось ни одной фотографии с ним. Разные редакции брали эти снимки для публикации, да так они и затерялись.

- Но вы ведь не только встречались с Юрием Гагариным, но и с космонавтом номер два Германом Титовым.

- Да, мы встречались несколько раз. Первый раз, когда он приехал к нам в академию на встречу летчиков трех поколений. Это было где-то через полгода после того, как он совершил полет в космос. Еще одна встреча была в Звездном городке, а потом уже в Казахстане, где стояли Воздушно-космические войска, которыми он в то время руководил.

Благодарим Осюхину Татьяну за информацию о Тверском земляке.

Игорь Козьменко дополняет:

После окончания летного училища будущий космонавт прибыл в одну из частей ВВС Северного флота. Он служил в 769-м истребительном полку 122-й истребительной авиадивизии Северного флота, которая базировалась на аэродроме в поселке Луостари Мурманской области. 24 октября 1959 года Гагарин был представлен командованием на должность старшего летчика, имел общий налет 265 часов.

Из архива космодрома «БАЙКОНУР»:

И ещё:

Как бывший сослуживец Юрия Гагарина по службе на Севере посылаю вам свои воспоминания. Прошу учесть, что текст пересыпан крылатыми (в гарнизоне) выражениями, которые я привожу в кавычках. Для северян этот жаргон понятен, думаю, поймут его и читатели.

В нашем гарнизоне вместе с Ю. Гагариным и Г. Шониным служили многие из Украины, в большинстве своем они даже не знают, что были рядом с будущим космонавтом. Возможно, мои воспоминания помогут им восполнить этот пробел.

Буду рад, если эти воспоминания вы сочтете интересными и они попадут на страницы вашей газеты в память о Юрии Гагарине.

45 лет прошло с того времени, как впервые в истории человечества Юрий Гагарин совершил полет в космос. Весенние дни связаны с памятью о нем: 9 марта ему исполнилось бы 72 года, в марте 1960 г. его включили в отряд космонавтов, 12 апреля 1961 г. состоялся его исторический полет, 27 марта 1968г. в 10.31 перестало биться его сердце.

12 апреля 1961 г. в 9.07 по московскому времени прозвучало простое русское слово «Поехали!», с которого началась космическая эра. Для меня в этом был подарок судьбы: космонавт Юрий Гагарин, как оказалось, был моим однополчанином в период службы в морской авиации Северного флота. В дальнейшем в космосе побывал еще один североморец из нашего гарнизона — Георгий Шонин. Думаю, не случайно из 20 человек первого отряда космонавтов, отобранных из истребительных частей всего СССР, 10% оказались из нашего заполярного Луостари. Об этом гарнизоне космонавт Юрий Гагарин впоследствии скажет: «Здесь меня научили летать!»

Луостари (ныне Корзуново), фактически поселок военного гарнизона, расположенный северо-восточнее Мурманска, я встречал только на полетных картах. Здесь был аэродром, на котором базировались 3 авиаполка, 122 авиадивизии. Из них 2 — 78-й и 768-й были боевыми, или 1-й линии, и имели на вооружении самолеты Миг-17, а третий — 769-й, оснащенный Миг15Бис, назывался полком 2-й линии, или учебным. В нем молодые летчики, прибывшие из училищ, перед переводом в полки 1-й линии адаптировались к особенностям полетов в условиях Заполярья. А такие особенности были. Длинную полярную ночь сменяло полярное лето, когда круглосуточно светившее в ясную погоду солнце сбивало все живое с привычного ритма. С высоты полета местность была практически безориентирной: одни сопки, круглый год покрытые снегом, да бесчисленные однообразные озера. Главная же особенность — близость границы. В 7 километрах находилась Норвегия, входившая в НАТО.Американские самолеты с размещенных на ее территории баз частыми приграничными, а случалось, и заграничными полетами держали нас в постоянном напряжении.

Необходимость поддерживать высокую боеготовность обуславливалась и великолепными боевыми традициями всех трех полков. Рядом с нами служили участники войны — Герои Советского Союза, среди которых были подполковник Аркадий Михайлович Селютин, полковник Евгений Терентьевич Цыганов, командир нашей дивизии генерал-майор Василий Федорович Голубев, командующий ВВС Северного флота генерал-лейтенант Иван Егорович Корзунов. Навечно зачисленным в списки 78-го полка был дважды Герой Советского Союза Борис Феоктистович Сафонов. «Ему первому из морских летчиков было присвоено звание Героя Советского Союза. Первым в истории Великой Отечественной войны он был удостоен и второй медали «Золотая Звезда». Он же был награжден высшим орденом Англии — «Ди-Эр-Си» (Большой Серебряный Крест)». (П.Сальников. Версты ветровые. Воронеж, 1978, С. 7). Другие полки дивизии тоже имели героические традиции, которые свято чтили и поддерживали в нашем гарнизоне.

Юрий Гагарин об этом впоследствии сказал: «Мы находились на передовом форпосте северных рубежей нашей Родины, и нам следовало быть такими же умелыми, отважными летчиками, как Борис Сафонов, Сергей Курзенков, Захар Сорокин, Алексей Хлобыстов — наши старшие братья по оружию». Поддержанию боевого духа летного состава способствовала история, связанная с допущенным летчиком-североморцем К.промахом. Поднятый в воздух по тревоге, он перехватил американский самолет-нарушитель РБ-47 над нашей территорией. Но при установленной для самолета Миг-17 прицельной дальности стрельбы в 800 м расстрелял залпом из 3 пушек весь боекомплект с расстояния 2000 м. Когда же влетел в зону поражения самолета-нарушителя, стрелять было нечем. Летчик запросил разрешение на таран, но такой приказ никто не мог ему дать. Так самолет-нарушитель и ушел безнаказанно. После этого каждый летчик готов был сделать в подобной ситуации все возможное, чтобы не услышать в свой адрес слово «трус», которым «наградил» тогда проштрафившегося министр обороны Р.Малиновский, прилетавший из-за этого случая на Северный флот. Свой промах пилот объяснил тем, что до этого он проводил учебные бои только против самолетов Миг-17, а громадину РБ-47 как цель увидел впервые. После этого на всех военных аэродромах в натуральную величину были построены макеты РБ-47.

Не допустить повторения такого позора — этим жили все в обстановке напряженнейшей летной работы и частых боевых тревог. Четыре летных дня в неделю для каждого полка не давали «простаивать» взлетно-посадочной полосе. Постоянный гул реактивных двигателей был привычным фоном для жизни гарнизона. В семьях летчиков знали позывные мужей и, прослушивая по домашним приемникам эфир на УКВ, по повторяющимся безответным запросам руководителя полетов сразу же узнавали о случавшихся катастрофах и бежали на командный пункт...

Главное, что отличало этот гарнизон от «асфальтированных», — дух товарищества воинов, чувство сплоченности, единой семьи, долга и ощущение собственной значимости. Каждый знал, что он стоит на страже рубежей Родины. «Не ныть вопреки трудностям» — таков девиз всех. А трудности были. Разве можно стереть из памяти, как в гостинице, прозванной «Золотой клоп», после напряженного дня мы, натопив углем печки, засыпали в жаре, а просыпались с замерзшей в графинах водой... И дружная холостяцкая община поднималась в таких условиях из-под груды одеял и наброшенных поверх них курток под хором исполняемое:
«Наверх вы, товарищи! Все по местам,
Последний парад наступает.
Врагу не сдается наш гордый «Варяг»...

Для меня доказательством нашего полкового единства был случай, когда коммунистам 769-го полка в качестве парторга пытались навязать армейского капитана со стороны. Трижды по этому поводу проходили партийные собрания, но все не сговариваясь, вопреки рекомендациям и давлению, избрали парторгом своего. Того, кого знали и с кем готовы были пойти хоть в разведку. Так что бездумные «одобрямсы» у нас не проходили. Партсобрания велись коротко и по-деловому. Формализма не было. Каждому, кто проштрафился, доставалось на полную катушку.

А разве забыть тот задор и подъем, с которым летный и технический состав дружно, взяв лопаты в руки, расчищали после снежных заносов взлетно-посадочную полосу, помогая не справляющейся снегоочистительной технике. Как вместе с матросами в казармах-кубриках встречали Новый год с тортами и пирогами, приготовленными их женами. Не зря в гарнизоне бытовало мнение: коммунизм мы начнем строить с окраин... Здесь мы поняли К.Паустовского, который писал: «Я узнал пленительную власть Севера». В таком гарнизоне человек не мог скрывать сущность. Будучи под постоянными взорами сотен пар глаз, он быстро «раскусывался» коллективом и принимался в свой состав или бойкотировался им и вынужден был уходить.

Этим чувством единой полковой семьи я проникся не сразу. Летний Север встретил меня, выпускника Харьковского высшего авиационно-инженерного военного училища, неприветливо — дождливыми, пасмурными днями. А это на фоне покрытых снегом сопок рождало в моей душе горожанина невеселые мысли. Они рассеялись на первом же полковом построении, когда командир полка Герой Советского Союза полковник Борис Михайлович Литвинчук по-отечески представил меня, «зеленого», личному составу. Нашего командира между собой все называли «батей». Он соответствовал этому определению, создавая в полку несовместимую с современной дедовщиной атмосферу единой семьи. Это ощущал каждый его подчиненный от матроса до офицера во всех полках Луостарского гарнизона... Так что не случайно наш гарнизон попал в поле зрения космической отборочной комиссии. Здесь были люди, прошедшие сито естественного и сурового заполярного отбора, что облегчало работу комиссии.

В 1957 г. к нам с Балтики прислали для боевых полков пополнение морских летчиков, которых называли «балтийцами». Среди них был и Георгий Шонин, весельчак, гитарист, певец, душа компании. Неудивительно, что он сразу вписался в коллектив соседнего 768го полка, где был избран парторгом эскадрильи. В наш учебный 769-й истребительный авиаполк под новый 1958 год тоже прибыло пополнение из училищ ВВС, среди них был и Гагарин. Их сразу же окрестили «пехотой». Юрий прибыл без жены и, пополнив холостяцкую дружину общежития, начал жить ее интересами. В нерабочее время — лыжные прогулки, занятия в спортзале, который общими усилиями построили в гарнизоне. Летом сбор морошки, голубики, белых грибов, которых во время теплого лета было хоть завались. Но основным увлечением для большинства была рыбалка. Многочисленные озера и река Печенга, протекавшая вблизи, могли любого сделать рыбаком. Ведь в реке была знаменитая семга, которую несмотря на усилия рыбнадзора все равно ловили.

В конце лета 1958 г. в Луостари приехала жена Юрия Валя. С квартирой было туго, и поселиться пришлось в комнатке, которую по законам Севера уступила им уезжавшая в отпуск учительница. Потом все же комнату дали.

И жизнь теперь уже «женатика», «заводного непоседы», как прозвали Юрия, вошла в русло присущих Заполярью трудностей и памятных для него событий. Здесь коммунисты полка приняли Юрия кандидатом в члены КПСС.Здесь он испытал радость отцовства — 17 апреля родилась его дочь Лена, а после он получил первый отпуск и съездил к маме.

Здесь он испытал и боль от утраты лучшего друга Юрия Дергунова, с которым вместе к нам прибыл. С Дергуновым я встречался, когда он прилетал с Севера в Таллинн для перегонки учебных истребителей, которые меня в составе команды послали там получать. В чем-то похожий и внешне, и внутренне на Гагарина, ангельски обаятельный и веселый Юра Дергунов потом под Луостари нелепо погиб в дорожной катастрофе. Эту утрату болезненно переживал не только Гагарин, но и весь гарнизон.

В один из осенних дней 1959 г. к нам приехали военные медики. Они знакомились с отобранными летчиками и, дважды вызывая их на беседы, спрашивали о желании летать на новой технике. Затем в конце 1959 г. последовал вызов отобранных ими в Москву, в Центральный научно-исследовательский авиационный госпиталь на 40-дневное обследование. Из шести ездивших туда из нашего гарнизона пригодными оказались двое — Гагарин и Шонин.

8 марта, в канун своего 26-летия, Юрий вернулся в Луостари с предписанием срочно прибыть в Москву для испытательных работ. Срок сбора был 14.03.1960 г. Так и уехал североморец, старший лейтенант Ю.Гагарин с Северного флота, не успев переодеться в морскую форму...

А ведь все те качества, которые обусловили выбор его кандидатуры для первого полета в космос, сформировались и проявились именно на Севере. Так, руководитель отборочной комиссии Евгений Алексеевич Карпов писал: «Для первого полета нужен был человек, в характере которого переплелись бы как можно больше положительных качеств. И тут были приняты во внимание такие неоспоримые гагаринские достоинства:

-Беззаветный патриотизм.
-Непреклонная вера в успех полета.
-Отличное здоровье.
-Неистощимый оптимизм.
-Гибкость ума и любознательность.
-Смелость и решительность.
-Аккуратность.
-Трудолюбие.
-Выдержка.
-Простота.
-Скромность.
-Большая человеческая теплота и внимательность к окружающим людям.

Таким он был до полета. Таким он встретил свою заслуженную славу. Таким он остался до конца».

(Гагарина В.И.Каждый год 12 апреля. М., 1984, С. 45).

Таким он предстал и пред всем человечеством. Об этом свидетельствует эпизод, описанный В.Гагариной в книге «108 минут и вся жизнь» (М., 1986, С. 102): «Н.П.Каманин рассказывал, как во время поездки по Великобритании (это было в Манчестере) к ним с трудом пробился сквозь толпу пожилой англичанин и спросил:

— Сэр, у вас все такие? — он кивнул в сторону Гагарина.

— Какие? — спросил Николай Петрович.

— Как этот, — англичанин вновь показал на Юру и добавил: — Красив, умен, обаятелен, скромен...

Ответ был утвердительный, а кто-то из нашей делегации добавил:

— Он коммунист...

Пожилой англичанин улыбнулся:

— Судя по всему, коммунисты замечательные люди. Во всяком случае лучших на этой земле я не встречал. Ваша партия знает, кого она растит. Спасибо, сэр...»
«... По всем материкам и странам
В жизнь человечества навек
Колумбом звездных океанов
Вошел советский человек!»

Петр МОРОЗ, подполковник в отставке, бывший начальник ТЭЧ 769ИАП122 НАД ВВС СФ,Харьков

"Заведующая войсковой библиотекой в Луостари рассказывала про Гагарина, она была одних с ним лет и они встречались. Гагарин был веселым компанейским человеком. Но Сантой не был, мог выпить. Лихачил на мотоцикле. Его шрам, видимый на фотографиях, она объясняла тем, что он попал в аварию на мотоцикле как раз на Луостарской горке. Дело в том, что в Корзуново, где была часть Гагарина, - аэродром, место плоское. И первый сколько-нибудь опасный спуск - как раз в Луостари, после четырех километров ровной дороги."

(автор неизвестен)

Почитать в интернете о Ю.А.Гагарине можно здесь:
Юрий ГАГАРИН "Дорога в космос"
Глава из книги: Голованов Я.К. "Дорога на космодром"
М.Галлай. С человеком на борту.
Я.Голованов. «Космонавт №1»
Ю. НАГИБИН Из «Рассказов о Гагарине»
Фотогалерея Гагарина
Страницы истории Покровск-Энгельс глава из книги
Еще одна фотогалерея
Давыдов И.В."Триумф и трагедия советской космонавтики. Глазами испытателя" глава из книги

(c) 2008 "Tonarm"